Ожидание

Синих чернил океан перекрасил все небо
И, свесившись сверху, Светило в себе утопил…
Народ, что просил у богов много зрелищ и хлеба,
Как-будто бы зелье снотворное залпом испил…

Исполнилось звёздами небо над миром невечным:
Флуоресцентным сияньем те светят во тьме…
Ганга спускается с неба путем своим млечным…
Умиротворенье явилось в мятежном уме…

Сокровище скифов напомнив своей пекторалью
Луна воцарилась, круг Солнца собой заменив
Извечное Время, вращаясь по кругу спиралью,
Провозгласило потёмки, свет дня отменив.

Свет ясного месяца в небе разлился полночном,
Холмы Вриндаваны сияньем своим серебря…
Деревья тамала, как в танце качаясь восточном
В сиянии светятся, шелест листвою творя…

Безумие

Ресурс исчерпав свой под вечер, Царь Красное Солнце,
Ныряя под землю, собой обагрил горизонт...
Бегство со сцены его - нечто вроде анонса:
Владычица Ночь наступает, свой двигая фронт.

Обратная сторона неба нависла над миром,
Как будто бы рать Чингизхана, верхи захватив...
Для Кришны прекрасного, сходным по цвету с сапфиром,
Явилась Владычица Ночь, Вриндаван посетив...

Того Темноликого Юношу Ночь обожает:
Приняв Его кожи оттенок, та встречи с Ним ждет.
Своей красотой Шьямасундара мир поражает.
Из клетки грудной Он сердца, как обычно, крадет...

Когда закатился Царь-Солнце - уже безразлично:
Зима здесь была, или осень, иль лето было.
Весна по ночам здесь приходит для Мадхавы лично,
Чтоб все под Луною прохладною бурно цвело.

Аромат Вечной Любви

Роса на траве... И солнечный луч,
Со смолью волос поиграет.
Чудесный рассвет, рассвет для чудес,
Которых ещё мир не знает.

Весенние травы, налитые соком,
Пьянят ароматом своим.
Всё это всегда для Прекрасной Четы,
Дарует себя Им двоим.

Бездонным глазам посвящается высь,
Рассвет, изумруды листвы;
И пафосно ходят павлины по тропам
Узором чудесной канвы.

В ладонях у Радхи цветов ожерелье,
Она обожает цветы.
Цветами украшены волосы, шея,
Предплечья, запястья, персты...

Под струями дождя

Пропитанный чистой водою как-будто будто бы губка,
Из-за горизонта плывёт караван седых туч...
Наверное, это дымит неизменная трубка
Вождя всех Времён и Народов, что очень могуч...

Сокрылся великий тиран за туманным пространством,
И скромно заботится о бытии под Луной:
Закончив в земной своей жизни нас мучить тиранством,
Теперь, вероятно скорбит он, снедаем виной...

Сиянье палящее Солнца, Гонителя Мрака -
- То есть огонёк его трубки, дающий нам свет:
Так шлёт из Небес он нам, смертным, подобие знака -
"- Я жил и живу до сих пор. Антитезы мне нет!"

Он дует, играясь, творя в Небесах ураганы,
Заставив вращаться пропеллера ветряков;
Его сотни рук воздевают "ТТ" и "наганы",
А также холодную сталь смертоносных штыков...

Свобода

Низким уровнем свободы мы привыкли дорожить,
Но без знания о Боге, долго нам так не прожить.

Человек, как царь природы, любит сильным в мире слыть,
Но природу не обманешь, хитрецом ему не быть.

Сам себя он возвеличил, аж, до самых – до небес,
И в такой гордыне к Богу, с тем утратил интерес.

Мол, свободным быть, желая, для техничных новостей,
Он, и сам того не зная, создал «стены крепостей».

Ловко прячась за науку, притупив своё чутьё,
Укрепил в сознанье прочно – раз я царь, то всё моё.

Да, ты вольный по природе! Да, умней животных всех!
Но, дана тебе свобода не для чувственных утех.

Регата

Небес океан перевернутый над головою
Навис, словно бы потолок, правилам вопреки…
Меня за ночной образ жизни назвали «совою»
Дневной распорядок ведущие, с легкой руки.

Наверное, в следующей жизни я стану той птицей,
Ученый бомонд своим криком чтоб ночью пугать:
Их всех, попугаями ставшими, полных амбиций,
Природа заставит по новой закон соблюдать…

В одежды элиты одеты как в яркие перья,
Они зазубрили трактатов священных слова.
Но на самом деле, исполнены лжи и неверья,
В Самсары огне те пылают, как будто дрова…

Оставим законы причин и последствий законы,
И пустимся в плаванье по Поднебесью в ночи,
Где реют в полете великие духом Драконы,
Имея от врат в Бесконечность с собою ключи…

Мысли о Вриндаване

Брожу по Вриндавану я, и по сторонам
Окрестности обозреваю: те видели игры
Владыки Гокулы. Их стоит увидеть всем нам.
Тем паче, что там уж не бродят свирепые тигры.

«Шьям!» - замяукал вдруг с дерева щеголь-павлин,
И я осмотрелся внимательно по сторонам:
Не вижу Его дивный образ. Досадно. Вот, блин!
Как будто ножом резанул по сердечным струнам!

«Мистер весьма уважаемый с пышным хвостом!
Позвольте мне вас вопросить: где спрятался Шьяма?»
Но голову свесил он долу и на простом,
На хинди промолвил с сарказмом: «Масла ни грамму

Нету в твоей голове: стоит Он прям здесь.
На флейте Своей Он играет: мелодий соцветья
Он испускает сквозь дырочки флейты. Он весь
Погружён в Свои размышленья!» Лишь междометья

Рвутся моими устами: я изумлён,
И дальше иду я священными теми тропами,
Ступая покровом земным, что как печь раскалён,
Поверхность его оскверняя своими стопами.

Крылья

Позволь мне рассказать об этом свете.
Всё просто: дал свободу нам Всевышний.
Всё очевидно. И совсем нелишне
Собраться и самим на всё ответить.

Прорежешь кокон - бабочку погубишь,
Не полетит, а будет выживать лишь.
Под коркой хлеба пропечётся мякиш,
Когда созреешь сердцем и полюбишь.

Сначала одиночество. Не долго.
Избавит от любых эксплуатаций
Полов и потолков, религий, наций,
И всех, кто напугает тебя долгом.

Понять свою свободу очень просто,
Принять её всем сердцем - посложнее.
В полёте быть и в постоянном росте,
Иль кандалы одеть потяжелее?

Кришна и короли

Правители мира сокровищ без меры имеют,
Венчает их ореол славы на каждом шагу.
Их, полных величия видя, народ цепенеет,
Поклоны творит им земные, сгибаясь в дугу.

Им славу вещают помпезно святые трактаты,
Чьи строфы цветистые рвутся, как-будто в полет.
На каждой странице трубят о их славе цитаты:
И так человеков дела идут быстро вперед.

Поверхность земная правителям шлет поклоненье,
Топленое масло заставив пылать до небес:
Они созерцая, как гибнут людей поколенья,
В величьи и славе не знают себе антитез.

Сокровища целой Вселенной в их расположеньи:
Поэтому златом полна государя казна.
Правители мира планеты приводят в движенье,
Они заставляют круг Солнца светить допоздна.

О добродетельном министре Гунашармане и царице Ашокавати

Есть город, обитель существ человеческой стати,
В котором сам Шива, Держатель Трезубца живет.
Его превосходит собою лишь Амаравати,
Что на всю Вселенную самым великим слывет.

Еще этот град Бхогавати собой превосходит,
Змеиному племени предоставляя приют:
Разумные змеи на чреве которые ходят
В Бхогавати-граде всегда беззаботно живут…

Так, после тех двух городов, став уверенно третьим,
Исполнен великой гордыни тот город земной.
Богиня Лакшми (мы сей факт, непременно, отметим)
В том граде стремится остаться любою ценой.

Он вычурной архитектурой весьма удивляя,
Похож донельзя на столицы далеких миров.
Достоинства этого града всегда восхваляя,
В нем благочестивые люди находят свой кров.