Небес океан перевернутый над головою
Навис, словно бы потолок, правилам вопреки…
Меня за ночной образ жизни назвали «совою»
Дневной распорядок ведущие, с легкой руки.

Наверное, в следующей жизни я стану той птицей,
Ученый бомонд своим криком чтоб ночью пугать:
Их всех, попугаями ставшими, полных амбиций,
Природа заставит по новой закон соблюдать…

В одежды элиты одеты как в яркие перья,
Они зазубрили трактатов священных слова.
Но на самом деле, исполнены лжи и неверья,
В Самсары огне те пылают, как будто дрова…

Оставим законы причин и последствий законы,
И пустимся в плаванье по Поднебесью в ночи,
Где реют в полете великие духом Драконы,
Имея от врат в Бесконечность с собою ключи…

На небе и под небесами проходит регата:
Вот, месяц свой курс проложил сквозь пространство Небес.
Он в Море Небесном нам виден подобьем фрегата
В своей Амавасье худея, теряет он вес.

Он брега не ищет, скитаясь на небе полночном,
Как будто «Летучий Голландец» дрейфуя средь звезд:
Так, в каждую ночку он в рейде своем одиночном
Себя пополняет, иль терпит полмесячный пост.



Своих посещая супруг, что созвездья на небе,
Он горем и радостью делится с ними всегда.
Так, безостановочно и не заботясь о хлебе,
Плывет дале Месяц, во тьме не оставив следа.

Орбита его непонятна, как Кришны деянья,
Который, как темный алмаз, сокрывается в тьме.
Ночной ветерок развевает Его одеянья,
Что златом блистают, восторг вызывая в уме.

В отличье от Месяца, Он, словно Небо – статичен.
Он жертв Своих  тянет, как будто бы сильный магнит.
Вне всяких сомнений, конец их, конечно, трагичен:
Кто видел Его – застывает, как будто гранит.

В благом излучении Месяца, в ретуши лунной
Шри Кришны краса достигает свой апофеоз.
Ни на Небесах, ни в Аду, ни в Юдоли Подлунной
Такой красы не отыскать: говорю вам всерьез…



Он, не утруждая Себя, стоит смирно на месте,
Сквозь дырочки флейты нектара излив водопад:
Услышавший это, желает быть с Кришною вместе,
Мелодиям этим в безумье вторя невпопад…

Как будто физалии щупальца, звуки свирели
Свиваются в воздухе, словно фейерверки творя.
Они всегда новы: поэтому не устарели,
И ночь наполняют, нектаром любви фееря.

Мелодии флейты, как будто бы змеи живые:
Они осязаемы, всяких причудливых форм,
Они всевозможных тонов, как цветы полевые,
Они существуют вне всяких форматов и норм…

Их запах дурманит сознанье и грубое тело,
Наполнив собой ночной воздух священных лесов:
Исполнена дивных эмоций, душа улетела,
Подпав под влиянье, как будто, иных голосов…

Свои композиции льет водопадом в пространство
Сиятельный Гений в серебряных бликах Луны:
Из желтого шелка и золота, Кришны убранство
Собой оттеняет полночного неба тоны.

Окруженный темного леса густым океаном,
Он курс побуждает проложенный перечеркнуть:
Так душам великим, как старым седым капитанам,
Шри Кришна предложит в Безвестности Морок нырнуть.



Мелодия флейты, как будто бы ветра потоки,
От сна пробуждает, что словно – безветренный штиль.
Играя на флейте, Мадхава надул свои щеки,
Пространство пронзая на многие тысячи миль.

Так Он объявляет регату, где нет побежденных.
Он – финиш, иль пункт назначенья для тех, кто не спит.
Сюда не пускают снобов, миражом уведенных,
Иль, кто, совершая дела, благочестье копит.

Несутся пастушки, влекомы сердечным порывом,
Как бригантины, скользящие в волнах морских:
Пройдя мир иллюзии, гопи, единым прорывом
Плывут на звук флейты, поправ своды правил мирских.

Как якоря цепи, они, не колеблясь, порвали
Привязанность к дому и детям, оставив семью:
Они в Океана Разлуки бездонном провале,
Куда не проложат путейцы свою колею.

Железная правил дорога замкнется однажды,
И «Наш паровоз» закружится в манежной езде:
Уйти в одиночное плаванье должен здесь каждый,
Доверившись Господу, как путеводной звезде.



Узрея их красные стяги, мир зарукоплещет
И выкрикнет: «Браво!», «На бис!», поедая попкорн,
Но Океан Неизвестности волнами плещет,
Он полон чудовищ, до ужаса грозен и черн.

Так, наспех одетые гопи, во мраке полночном
Плывут на звук Кришны свирели: она их манит.
Они, пребывая в походе своем одиночном,
Постигнут, вне всяких сомнений, блаженства зенит.

В красивые ткани различных тонов и расцветок
Одеты пастушки, влекомые Кришной во тьму:
Они, задевая колючие волны из веток,
Влекомые сердцем, уже не внимают уму…

Их яркие сари под лунным прохладным сияньем
Трепещут, как парусы быстрых морских каравелл…
С чем может сравниться блаженное их состоянье,
И скрытый во мраке, Шри Кришна – их вечный удел?!

Шачинандана дас