Дорогая Швета Двипа,
Уважаемый ликбез!
Дай глоток амриты выпить,
Я всего три дня как слез

С пальмы жидо-христианства –
Ели ноженьки унёс.
Безнадёги, лжи и пьянства
Мчал за мной трехглавый пёс.

Нарушал писаний вакуум
С умной думой на лице,
Аки Протопоп Аввакум
Тщетно бился с РПЦ.

Убеждал: в Синоде черти,
А попы на поводу,
Продал нас иудам Черчилль
В восемнадцатом году!

Сразу наливай вторую –
К полумерам не привык.
Да накажет меня Сурья,
Коли мой соврёт язык!

Никаких кагоров больше,
Антрекотов и колбас.
Перешел на постный борщ я,
Черный хлеб и кислый квас.

Жру хурму и апельсины,
И с триумфом на челе
Представляюсь божьим сыном
Тёткам в паспортном столе.

Очищая дух и печень
От невежества бацилл,
Я в аскезе безупречен
И к сраженью полон сил.

Только вот скажите, братцы,
Я чего-то не пойму:
За кого идти сражаться,
С кем, куда и почему?

Бить безбожников без страха
Из Виджаи я мечтал,
Но смешалось войско яхве,
Бафомета и Христа.

Как один все богомольны,
На пейсатых лошадях,
Дать по морде могут больно,
Коли с ними их Аллах.

Во слезах коптит кадилом,
Ничего не говорит,
Затаив под рясой шило,
Бывший друг архимандрит.

Признавайся, гад ползучий,
Почему твой яхве врёт?
Хватит тут глазёнки пучить,
Псалтыря набравши в рот.

Подражаю я Арджуне,
Хоть и не могучерук,
Рифм натягиваю струны,
И поет гандивный лук.

Написал 108 песен,
Карму вымел из избы,
Глядь – опять явилась плесень
И сомнения грибы:

Пяти-книжье – это морок?
Пяти-мужье – это свет?
Мне давно уже не 40,
Мне 100 лет уже в обед.

Пил я много всякой дряни,
Фильмы взрослые глядел,
Но чтоб сразу с пятермями –
Это, братцы, беспредел…

Хай по очереди даже –
Всё равно не по людски.
От такой индийской лажи
Воют волки от тоски.

Что за дьявольские игры?
Что за лунный лохотрон?
Не бенгальские мы тигры –
Слово держим, испокон

За брехню на кол сажали,
Изгоняли мишпуху –
Изумрудные скрижали –
Как внизу, так и вверху.

Не могли богов фальшивых
Мои предки уважать.
Тут мы переходим к Шиве,
Отложив Махабхарат.

Подскажи в каком напёрстке
Моё счастье, Махадев.
Я сижу на перекрёстке,
Обалдев и похудев...

Дабы истину глаголить,
Должно правду прилагать.
Змий повержен алкоголя,
Да явилось новых пять.

Толи гнать назад в болото,
Толи семьями дружить?
А потом как гугенотов
Тихой ночью на ножи?

Приласкать, и в спину жало –
Католический приём.
В нём библейское начало,
Глубина, полёт, объём.

Коли басни ныне – шастры,
Ну а честь – наоборот,
Не заводится Брахмастра,
Папа трубку не берёт…

Павел Несват