Безмолвное некогда, вскрытое снегом пространство
Вдруг стало меняться однажды у всех на виду:
Из белого снега зимы кружевное убранство
Вдруг начало таять, вещая тем самым беду…

Сосульки вдруг выросли, вниз острия направляя,
Явив частокол, словно бы зазеркальных миров.
Они, словно стрелы, свой яростный глад утоляя,
Срываются вниз под атакою вешних ветров.

Их грохот о землю вокруг тишину нарушает,
Каскады ледышек и брызги на каждом шагу,
Весны нежеланный приход эти звуки вещают,
Гоня назад к Северу снежную бурю-пургу.

Как-будто бы губка напитаны талой водою,
Снега потемневшие тают, стекаясь в ручей.
Укрытая ране надежно периной седою,
Земля обнажила все то, что скрывалось под ней.

Так, Правда, которая скрыта за белую маску,
Ввергает всех в шок и мандраж, появляясь в миру,
Она заставляет забегать по сторонам глазки,
Напомнив собой послезимнюю эту пору.

Из белого снега растаяло вдруг покрывало,
Как тает в пустыне обманчивый призрак-мираж…
В большом изобильи Зима разной пищи давала
Волкам, что являют извечно ее антураж.

Весьма недовольны Весной их зубастые орды:
Добыча смеется над ними с приходом весны.
Волки громко воют, задрав свои страшные морды,
И плач их уносится в сферы небесной страны.

На черной земле, что разжижена талой водою,
Тела обнаружат, которые скрыла Зима:
Так, Темная Правда, грозящая страшной бедою,
Открытой становится, чем поражает весьма!

Зима длится долго, но Времени бегу подвластна:
Ведь истину все ж узнают по прошествии лет.
С приходом Весны все становится четко и ясно,
И тут же находится многим знакомый скелет…

Сорвала покров свой река и ледовые глыбы
С неистовым шумом и грохотом тронулись в путь.
Привольно вздохнули едва ль не уснувшие рыбы
С большим облегченьем расплавив стесненную грудь.

Дышали они у отдушины – лунки злосчастной,
Которую с тяжким стараньем пробил рыболов
Теперь с ледоходом весенним он стал неопасным,
Во сне принося лишь домой свой богатый улов.

Медведи поднялись от спячки, покинув берлоги,
Заставила лапу сосать их под снегом Зима.
Творить разрушенье отправились мишки в итоге -
Какой беспорядок устроила эта Весна!

Стоявшие, словно они неусыпные стражи
Из белого снега изваяны, снеговики
Уж не украшают весенние эти пейзажи.
Они, став водою, пополнили воды реки…

Остались от них реквизиты – носы из морковки
И ведра-короны, регалии павшей Зимы.
Весна не погладила ручкою их по головке,
Чиновники снежные были слепы и немы.

От функционеров зимы не осталось и тени -
Ведь нечего делать статуям в ожившем миру.
Когда все проснулись – им нет уже места на сцене
Где вскрыта неправда, не выжить уж боле вору.

Забегали вдруг муравьи, оживленны Весною,
И начали строить свой дом без дверей и окон.
Заняты всем скопом работой своей основною,
Влекомые Богом, они нарушают закон…

Поспешно сокрылись Зимы глашатайки – вороны,
Их черные глотки заткнулись уже до поры.
Зимою, рисуясь у всех на виду, как матроны,
Они хрипло каркали в небо из горла-дыры.

Что делать им ныне, ведь с Юга летят жаворонки,
Скворцы прилетели, восславив царицу – Весну.
Чижи и дрозды, голоса чьи приятны и звонки,
Летят, возвращаясь из ссылки в родную страну.

Большим беспорядком чревато сие время года,
Оно созидания силу незримо таит.
В Весны беспорядке скрывается слово «Свобода»,
Хоть он и имеет достаточно вычурный вид.

Весьма долго царствует в мире Зима Лицемерья,
Сравнима собою с полярною долгой зимой.
Как квочка леггорн, разодетая в белые перья,
Ощипана будет она беспощадной Весной…

Шачинандана дас