Чело украшают Твое оперенья павлина,
Ими украсив черный как смоль фимиам
Твоих, дивных локонов, завитых словно пружина:
Слились воедино они, создав океан…

И держит поверхность его лесные цветы,
Которые мерно качаются, словно бы в море.
Плещутся дивные цветом большие киты,
Что песни совместно воспели Тебе в своем хоре.

На языке ароматов, нотки добавив
В Твой трехсоставный, пьянящий, благой аромат,
Который от самости мигом сознанье избавив,
Опустошает телесный пустой каземат,

Что сложен восьмью элементами. Эту машину
Душа покидает, едва лишь почуяв его,
Узрев красоту, что собой представляет вершину.
Верх разных красот эфемерного мира сего,

Являя густой концентрат. Он как щупальца спрута
Тянет к себе, сознанье совсем помрачив,
И даже бог ветра – всем нам известный Марута
От ощущенья экстаза удар получив,

Замедлил потоки свои. Словно весь в обонянье
Он превратился, катаясь в прозрачных волнах
Воздушных потоков на небе. Твое обаянье
Ум опьянило: Он словно жокей в стременах

Запутался в очарованья густой паутине.
И красота Твоя, словно взбесившийся конь,
Уносит его в свою сень, где нет места рутине,
И не достает безмерных страданий огонь.

О, славный Говинда, когда я застряну, как шмель
В Твоем словно черная патока сладостном теле,
Окрутит сознанье мое оно словно бы хмель
И не отпустит, оставив меня не при деле.

С криком: «Тону!» я погружусь в те глубины
Нектароносной волшебной Твоей красоты,
В которой будто бы арфы, саранги и вины
Раги играют совместно. Да славишься Ты!

Шачинандана дас